Вернуться к списку статей

«Бытовуха — так в семейных от­но­шени­ях охарактеризовали бы наши с Саснович разногласия»

Игорь Светлаков — вос­пи­тан­ник «ма­зовс­кой» школы тенниса. Оттуда вышли такие известные тренеры, как Аркадий Эйдельман, Эдуард Дубров, Вячеслав Коников, Владимир Волчков и другие. Среди первых учеников Свет­ла­кова был его младший брат Александр. В 16 лет он уже побеждал на взрослых турнирах первой категории.

— Перспективы в брате страна не увидела, поэтому он уехал учиться в Соединенные Штаты, — расс­ка­зыва­ет Игорь Евгеньевич. — Благодаря игре в теннис обучение было бесплатным, и в итоге Александр стал серьезным биз­несме­ном в Нью-Йорке. У него все хорошо. Как по­казы­ва­ет практика, девяносто пять процентов наших молодых тен­ни­сис­тов выбирают именно такой путь — играть ради об­ра­зова­ния в США.

Так, в частности, поступила старшая из сестер Гриб: девочки имели фи­нан­со­вую поддержку от Виктории Азаренко. Ульяна Гриб в одной команде с Ариной Соболенко и Верой Лапко ста­нови­лась шестой в юниорском Кубке Федерации, а сейчас учится во Флоридском меж­ду­народ­ном университете.

— Что поделать, когда в Беларуси нет внут­ренне­го тура для ребят, которые десять лет посвятили теннису, приобрели хороший средний уровень и в определенный момент оказались не нужны? — вопрошает Светлаков. — Они не могут обес­пе­чить себе про­житоч­ный минимум, поэтому вынуждены идти на кардинальные изменения в жизни. Кто-то ста­новит­ся тренером, но большинство ребят уезжают в США.

Александра Саснович, ныне 46-я тен­ни­сист­ка мира и первая ракетка Беларуси, по логике Свет­ла­кова относится к тем пяти процентам игроков, которые сумели построить бизнес на занятиях теннисом.

— Я был первым тренером Саши, — говорит Игорь Евгеньевич. — Произвел набор, в котором она оказалась, и вел ее с 8 до 14 лет. Саша не была лучшей среди ровесников, но, что хорошо, сразу оказалась в конкурентной среде. Иной раз напоминаю ей о первом теннисном опыте, чтобы не зазнавалась и не принимала на веру слова о своей гениальности. Ее успехи — плод системной работы, в том числе го­сударс­твен­ной поддержки. Ту же Вику Азаренко, когда ей было 11 лет, трудно было предс­та­вить будущей первой ракеткой мира. Но затем на ее развитие отдали зна­читель­ные ресурсы, и она заиграла. В тот момент убедился, что под­го­тов­ка теннисиста — это технология. Спорт­сме­нов можно выращивать, причем где угодно.

Отношения между Игорем Свет­ла­ковым и Александрой Саснович знали разные времена — от легкой эйфории на фоне побед до, как казалось, «точки невозврата». Союз тренера и игрока дважды распадался. В первый раз — когда Сашу после победы в первенстве Беларуси до 14 лет передали другому тренеру.

— Такое про­ис­хо­дило многократно, поэтому не удивился. Когда пришел в команду Саснович уже как личный тренер, ей было около 19 лет, и она была 536-й ракеткой мира. Думаю, мое приглашение — решение отца Саши. За полтора-два года работы мы выиграли девять турниров, в том числе «стотысячник», и прилично прод­ви­нулись в рейтинге. Саша была 126-й, когда мы снова разошлись. Почему? Не сошлись характером. Со своей стороны скажу, что мне не хватило опыта, но не тренерского, а во взаимоотношениях. Я человек старой закалки. Считаю, что человек должен «гореть» на работе, полностью пог­ру­жать­ся в процесс, быть фанатом своего дела и жить им 24 часа в сутки. Для Саши в ту пору слова «все, я заканчиваю» были нор­маль­ным явлением. Она не­дос­та­точ­но понимала свою роль в достижении результата, зато поверила обещаниям других людей. Вероятно, это было удобнее, нежели выс­лу­шивать от меня критику. Бытовуха — так в семейных от­но­шени­ях охарактеризовали бы наши разногласия. Тебе сказали: «Иди отсюда», — а ты ушел и не вернулся. Спустя месяц Саша стала 92-й в мире (шла вторая половина сезона 2014 года. — Прим. ред.). Офи­ци­аль­но это случилось под ру­ководс­твом Владимира Волчкова.

Когда Светлаков во второй раз перестал тре­ниро­вать Саснович, то непродолжительное время сот­рудни­чал с Ариной Соболенко. Ей тогда было 17 лет.

— Подготовил ее к турниру-«двадцатипятитысячнику» в Мумбае, на котором она добралась до финала. Но еще до турнира у нас с ней состоялся разговор. «Расстаемся, — сказал ей. — Причина в том, что ты не понимаешь, что про­ис­хо­дит вокруг». Когда ты говоришь человеку, что он должен вести себя таким-то образом, а он не слушает… Затем позвонил Алек­санд­ру Ва­сильеви­чу (Шакутину, бывшему пред­се­дате­лю Бе­лорусс­кой теннисной федерации. — Прим. ред.), и вскоре мы с Ариной разошлись. Эта информация — инсайд.

Весной 2016 года накануне матча плей-офф Мировой группы Кубка Федерации Россия — Беларусь Светлаков и Саснович снова вос­со­еди­нились и с тех пор не расстаются.

— Отец Саши обратился ко мне со словами: «Есть два варианта: или мы заканчиваем с теннисом, или опять с вами работаем». Ответил, что готов помочь. Саше при встрече сказал: «Пока ты меня слушаешь, пока я имею контроль над тобой, у нас есть будущее». Около семи месяцев потратил на то, чтобы после двух лет тор­мо­жения роста ре­зуль­та­тов вернуть Саше не­об­хо­димый энер­ге­тичес­кий фон и поднять функ­ци­ональ­ную готовность. На фоне дис­ба­лан­са у нее был брак в технической работе. Этот по­каза­тель удалось поднять с 5,5 до практически 8 баллов по 10-балльной шкале, фи­зичес­кую базу — на 8,5. Как? Поэтапно. Не перекармливал Сашу нагрузками, а она очень хотела расти над собой.

Сейчас в трудный для Саши период четко обозначаю позицию: «Я свободный человек, поэтому хочу понимать: или мы с тобой работаем, или…». Для меня вырастить про­фес­си­ональ­но­го игрока — это просто. Вместе с учениками прошел все воз­раст­ные категории в детском теннисе, помогал им становиться профессионалами. Построил предп­ри­ятие (теннисный центр в Дзержинске. — Прим. ред.), где от меня ждут большего участия. Меня ждут спортсмены. Так что ущербно себя не чувствую. Саша это понимает, и, думаю, это ее несколько сдерживает. Иногда будто в ответ на мои жесткие слова она вы­иг­ры­ва­ет сложные матчи… Как вы можете заметить, сейчас наши отношения носят деловой характер, честный. Мы оба стремимся к тому, чтобы показать максимум.

Несмотря на разногласия в прошлом, Саша Саснович не стесняется выс­ка­зывать комп­ли­мен­ты в адрес тренера. Среди его дос­то­инств она отмечает то, что он для нее од­новре­мен­но и физиотерапевт, и психолог.

— Так получилось, у меня богатый опыт, — пожимает плечами 47-летний специалист. — В каком-то смысле Саша экономит, сот­рудни­чая со мной! Это вовсе не упрек. Саша два года назад отказалась от госфинансирования, что делает ей честь. Она не испорчена, нельзя назвать ее алчной и стремящейся к власти. Думаю, все это делает ее близкой и понятной бе­лорусс­ком народу. На данном этапе получаем помощь только в виде поездок с нами на турниры спарринг-партнера. Сам спар­ринго­вать в этом возрасте не готов.

«Планировал выиграть с Сашей и Брисбен, и открытый чемпионат Австралии»

Саша Саснович приучила своих пок­лонни­ков к победам в играх за сборную, а на престижных турнирах Женской теннисной ас­со­ци­ации (WTA) серии «Премьер» и на «Грэнд слэмах» ее выступления не были яркими — до января 2018 года.

— В теннисе не может быть не­осоз­нанно­го скачка, только через работу приходит результат, — объясняет причины небывало успешного выс­тупле­ния по­допеч­ной Светлаков. — В 2016 году Саша обыграла сильную чешку Каролину Плишкову. Сейчас Саша ста­били­зиро­вала свой уровень, что помогли сделать и матчи за сборную в Кубке Федерации. Понятно, что еще будут откаты в рейтинге, и все же, считаю, она способна войти в топ-20.

2017 год стал первым для Саснович, который она завершила в топ-100. Всего за несколько недель ей удалось прод­ви­нуть­ся на несколько десятков позиций — с 87 места на 46-е. «Багаж» рей­тин­го­вых очков Саша собрала на турнирах в Австралии. В Брисбене Саснович сыграла 8 матчей за 9 дней и добралась до финала, начав путь с квалификации. Авс­тра­лий­ские бо­лель­щи­ки были в восторге, потому что подобное в Брисбене еще никому не удавалось. Капитан женской сборной Беларуси по теннису Эдуард Дубров назвал успехи Саши достижением, и такое мнение Игорь Светлаков не разделяет.

— Когда финал длится чуть более часа, то как спе­ци­алист я понимал, что… Я ей прямым текстом сказал: «Ты прошла такой путь, создала себе имидж и почему-то не нашла сил на решающий матч. Уж если не для того, чтобы выиграть его, то просто, чтобы хорошо играть. В чем проблема?». Представляете, как я общаюсь?! Другой человек, может быть, уже подумал бы: «Ого-го, я играла в финале Брисбена. Кто ты такой?».Слава Богу, что Саша все понимала сама. Человек взрослеет! Раньше бы протянула ракетку со словами: «Иди, попробуй поиграй!».

В Мельбурне на открытом чем­пи­она­те Австралии Саснович дошла до четвертого раунда соревнований.

— Вообще-то я планировал выиграть с Сашей и Брисбен, и открытый чемпионат Австралии, — без намека на иронию заметил Игорь Евгеньевич. — Она немного недотянула. В Мельбурне Саша точно могла пройти еще один раунд — речь про матч сКаролин Гарсия (3:6, 7:5, 2:6). А там непонятно, что дальше. Есть такое выражение «Каждый день — новый день». Никто не знает, что будет завтра, но сегодня ты должен вы­ложить­ся на все сто процентов.

Выразив не­доволь­ство и разочарование в связи с поражениями Саснович, тренер перешел к разъяснению, как стал возможен прорыв в топ-50.

— Мы набрали точку удара впереди себя, Саша стала крепче в руках и ногах, острее в мышлении. У нее сфор­ми­рова­лись игровые связи и алгоритмы. Даже когда не хочет, она может кон­ку­риро­вать с другими системами, знаниями.

— То, что Саша пред­по­чита­ет ком­би­наци­он­ный теннис, не ограничивает ее возможности в туре, где ведущие роли занимают физически мощные девушки?

— Штука в том, что у Саши еще не сформировался стиль. Пока прос­матри­ва­ет­ся лишь то, что она старается играть красиво и умно. А когда ведет так­ти­чес­кую борьбу и плетет веревочки — поверьте, это не она. Это старый алгоритм, который позволял ос­та­вать­ся на плаву.

Ей ближе силовой теннис с элементами мозга. Выбор первой подачи, плотности подачи, связь между первыми двумя ударами, «проч­те­ние» соперника — все это осоз­нанные решения. А дубасить со всей дури в середину квадрата на подаче — ну это тоже мозг, но какого уровня? У Саснович сейчас подача — 175−176 км/ч, а начинали мы в 2016-м со 160. Прибавить удалось за счет того, что развили плечевой пояс и грудную клетку, утяжелили руку, поставили связь живота и спины. Если Саша захочет, можно довести подачу до 183 км/ч, как у топ-игроков.

Как видим, тренер не нянчится с Саснович. Впрочем, она услышала дос­та­точ­но теплых слов после Брисбена. Сайт WTA, например, назвал ее Золушкой, а затем но­мини­ровал на звание «Прорыв месяца» в январе.

В общении с австралийской прессой Саша рассказывала, что побеждать ей помогает традиция есть накануне игрового дня ризотто с грибами.

— Быть человеком сложно, а быть звездой — тяжелая работа, — чуть прис­пуска­ет вожжи Светлаков и отдает должное подопечной. — С утра она едет на первую трех­ча­совую тренировку, потом перерыв на обед и отдых и следующая тренировка. Она длится два с половиной часа. Через день к этому до­бав­ля­ет­ся занятие по общефизической подготовке. Личной жизни никакой. Удо­воль­ствие Саша находит в том, чтобы вкусно поесть.

Кстати, если Саснович шутила насчет влияния ризотто с грибами на ее выступление, то Светлаков уже много лет чтит другой обычай. Он не бреется с начала со­рев­но­ваний до окончания участия его подопечных. К концу турнира в Брисбене у него была де­сятид­невная щетина.

«Раз уж ввязались в строительство тен­нисно­го центра и большую часть работы проделали, нужно довести дело до конца»

Помимо работы с Сашей Саснович, у Игоря Свет­ла­кова есть еще один масш­таб­ный проект. Это теннисный клуб в Дзержинске.

Строительство здесь центра по теннису началось в 2011 году, а первый набор детей был про­из­ве­ден в 2016-м. По оценкам Светлакова, в клуб вложено порядка восьмисот тысяч долларов. Участие тренера в денежном выражении — это средства, вы­ручен­ные от продажи двух­комнат­ной квартиры в Минске. Остальное — деньги еще четырех учредителей.

— Почему «стро­ились» в Дзержинске? — спрашиваем.

— Мы с супругой минчане, — поясняет Светлаков. — В Дзержинск переехали после рождения старшего сына Владислава, который в этом году вы­пус­ка­ет­ся из школы. Здесь был ветхий дом, дос­тавший­ся от бабушки. Для молодой семьи это был неплохой вариант по сравнению со съемом жилья в столице. Но так получилось, что нам пон­ра­вилось в Дзержинске. Город одноэтажный, все всех знают. В малых городах обя­затель­но должны быть корты, если мы стремимся к массовому спорту. И лично для меня не стоял вопрос, где строить теннисный клуб. Не­пода­леку от него находятся три гимназии и пять детских садов.

Любительский теннис доступен вопреки стереотипу. Местные жители могут оп­ла­чивать занятия своих детей. Однако теперь, когда кредиты подешевели, они ин­вести­ру­ют в машину или недвижимость, а не в себя и детей. В занятии теннисом люди не видят «выхлопа», дивидендов. Будь у ребят, играющих в теннис или любой другой вид спорта, пре­ферен­ции при пос­тупле­нии в университеты, как в США, это сыграло бы большую роль в развитии массового спорта, росте кон­ку­рен­ции в детском и студенческом спорте. В государственных масштабах это были бы небольшие траты, и я считаю несп­ра­вед­ли­вым то, что при этом вкла­дыва­ют­ся большие деньги в профессиональный спорт. Особенно с учетом того, что, когда сильные пробивные спортсмены-профессионалы выд­ви­га­ют­ся на первые роли, они часто подминают систему под себя. Это очень опасно! Как человек из тенниса, переживаю за развитие вида спорта в Беларуси, чьи ресурсы ограничены. Привык считать свои деньги, поэтому считаю чужие — насколько могут быть «чужими» для меня деньги в теннисе.

Центр Свет­ла­кова предс­тав­ля­ет собой два воз­ду­хо­опор­ных сооружения, в каждом из них по три корта. В одном только грунтовые, во втором — два ковровых покрытия, ими­тиру­ющих траву, и один хард, стоимость которого равна трем грунтовым кортам.

— Поначалу мы не подозревали, что пот­ре­бу­ет­ся так много денег. Предполагали, что хватит двух-трех сотен тысяч долларов. Но раз уж ввязались и большую часть работы проделали, нужно довести дело до конца. Я живу только для того, чтобы этот бизнес пос­те­пен­но рос, — говорит Игорь Евгеньевич.

Выручки клуба хватает на покрытие хо­зяй­ствен­ных нужд и выплаты зарплат персоналу. На клубе висит долг в виде ссуды, который нужно погасить до конца года. Часто на эти цели Светлаков нап­равля­ет деньги из семейного бюджета. Речи о возведении ад­ми­нист­ра­тив­но­го здания, главного не­дос­та­юще­го элемента, пока не идет. По задумке, в этом здании должны рас­по­ложить­ся кафе и тренажерный зал, раздевалки. Тренер не скрывает, что открыт к предложениям по сотрудничеству с заинтересованными.

В отсутствие Игоря Свет­ла­кова делами клуба за­нима­ет­ся его супруга Ирина. Тренерами трудятся Евгений Шаповал и Яна Кароль, которым Светлаков од­новре­мен­но пре­дос­та­вил собс­твен­ную программу под­го­тов­ки и широту полномочий. Игорь Ев­геньевич тренирует здесь лишь во время коротких побывок вместе с Сашей Саснович на родине. За­нима­ет­ся с местными детишками, среди которых его младший сын — 11-летний Владимир.

— Саша приезжает сюда редко, — замечает Светлаков. — Была раза три-четыре. В прошлом году как-то заехала во время под­го­тов­ки к грунтовой части сезона. В Минске шел дождь, поэтому не было воз­можнос­ти тре­ниро­вать­ся на открытых кортах. У нас же все корты закрытые. Этот клуб она восп­ри­нима­ет как детский сад. Правильно, мы же как раз за­нима­ем­ся развитием детского тенниса за МКАД.

Источник: TUT.BY

10.02.2018

---