Вернуться к списку статей

О выборе в детстве между плаванием и танцами
— Спорт в жизни появился, когда мне еще не было двух лет. Мои родители — спортсмены, и с раннего детства они привили мне любовь к физкультуре. В семейном архиве есть записи, со­от­ветс­тву­ющие возрасту полутора лет. В то время уже сдавала «нор­ма­тивы» по прыжкам и бегу, а вместе с сестрой в ванной мы за­дер­жи­вали дыхание под водой. Бывало, много бегали у себя на районе. Как ни странно, терпения хватало, хотя обычно дети пред­по­чита­ют ин­тенсив­ным занятиям игру.

В школе любимым предметом считала физкультуру. Была непоседливой, хотела больше двигаться. Видимо, поэтому еще в первом классе родители отвели меня на танцы. Плавать пошла только в десять лет. Мне скоро должно было ис­полнить­ся один­надцать — даже так. Попала в секцию по плаванию случайно. Сходила с другом из школы на просмотр, и меня отобрали в группу. Какое-то время па­рал­лель­но за­нима­лась танцами и плаванием, так как не могла определиться, что же мне нравится больше. Там творчество, тут спорт, но главное — везде движение.

Наконец, поняла, что просто так что-то делать без кон­ку­рен­ции мне неинтересно. Хотелось быть первой, быть лидером. Тренеры сумели объяснить, что не обя­затель­но везде побеждать, чтобы являться лидером команды. Лидер — тот, кто объеди­ня­ет команду. А что касается спор­тивных результатов, то тут мне следовало набраться терпения.

О се­реб­ря­ной серии, на­чав­шей­ся в бассейне «Трактор»
— Да, позд­но­вато пришла в плавание. Стала за­нимать­ся с группой ребят, которые были на год младше меня. Ко времени первых со­рев­но­ваний на­ходи­лась в группе отстающих, и меня не брали на старты. Как говорится, сидела на скамейке запасных и переживала. «Как это так? У всех есть воз­можность показать себя, а мне нечего показывать…» Хотела даже уйти из плавания. «Наверное, плавание не мое», — решила. Потом в голову пришла мысль о том, что ребенок, который учится ходить, тысячу раз упадет, прежде чем освоится на ногах. Этот пример актуален для любого начинания. Не ушла. Тут стоит отдать должное коллективу. К тому моменту успела сменить два класса и ценила общность интересов, поддержку со стороны друзей, которых завела в плавании.

Прошло чуть меньше года, и я догнала по уровню лидеров нашей группы. Хорошо помню, как выиграла свою первую медаль. Случай и правда забавный. Подобных много в моей жизни!

Соревнования, кажется, проходили в столичном бассейне «Трактор» — он тогда еще был глубоким, с вышками. Следовало проплыть 100 м вольным стилем. За меня пришел поболеть самый верный болельщик — папа. На разминке зашла в воду, доплыла до середины ванны и поняла, насколько тут глубокий бассейн! Дело в том, что я страшно боюсь высоты. «Блин, что делать?» Испугалась! Постояла «на берегу», поняла, что выбора нет, а затем проплыла дистанцию с закрытыми глазами. Го­тови­лась к офи­ци­аль­но­му заплыву. Тут нужно отметить, что раньше тумбы были не такими, как сегодня. Они предс­тав­ля­ли из себя подиум из плитки, а это скользкое покрытие. Со свистком «на старт» я пос­коль­зну­лась и упала в бассейн. «Правило одного старта! Видимо, меня дисквалифицируют», — думаю. Судья адекватно от­ре­аги­ровал на ситуацию и позволил стар­то­вать еще раз, лишь попросил сделать это без подъема на тумбу — с бортика. Как результат — второе место. Гордилась се­реб­ря­ной медалью. Интересно, что далее серебро повсюду меня преследовало. На всех соревнованиях, в которых когда-либо участвовала, начинала с серебра.

О мандраже на соревнованиях, который не позволил добиться большего
— Для тренера и спорт­сме­на самое главное — результат работы. Бывает, что на тре­ниров­ках все хорошо, а на старте на­чина­ют­ся проблемы.

В начале карьеры меня не нужно было мотивировать. Стимулом было быть первой хотя бы в отдельно взятом заплыве, просто на этих соревнованиях. Получала кайф от того, что делала. Ни разу не про­пус­ти­ла тре­ниров­ку по не­ува­житель­ной причине. Если случилось, что проспала, хватала сумку и бежала на занятие. Думаю, с учетом такой без­ба­шен­ности и дос­ти­га­ют­ся успехи в мо­лодеж­ном возрасте. Тебе все равно, кто на соседней дорожке: олим­пий­ская чемпионка или чемпионка мира.

С годами появились новые интересы, ответственность. Как только пришли успехи на крупных стартах во взрослом спорте, оказалось, что не все так просто в вопросе мотивации. В голову стали лезть сомнения. Мол, а что, если меня обгонят? Отсюда мандраж, не­уве­рен­ность в себе, которые приводят к не­гатив­ным результатам. До 90 процентов моих неудачных со­рев­но­ваний связаны с проб­ле­мами «из головы». А ведь для хорошего ре­зуль­та­та следовало до­верить­ся телу, которое лучше знает, что делать, чем мозг. Мозг на со­рев­но­вани­ях (не тренировках) нужно отключать.

На Играх 2012 года в Лондоне наст­ра­ива­лась не на результат, а на медаль. Если бы по­дели­лась с кем-то, мне бы наверняка возразили: «Как это возможно? Там ведь в компании силь­ней­ших авс­тра­лий­цы и американцы!» Меня это не смущало. Не было только оп­ре­делен­ности на счет того, медаль какого дос­то­инс­тва возьму. Думала: «Блин, хочется золота. А готова ли я на золото? Может, серебро? Да хоть какую медаль взять бы». Видимо, поэтому и серебро.

Сегодня для меня решение вопроса, когда возникает сомнение, связано с заменой негатива на что-то позитивное. Даже если конс­трук­тивная идея не близка и я в нее пока не верю, это все равно лучше, нежели про­дол­жать сомневаться. Тем более, как говорится, мысли материальны.

О том, как пережить кризис в спорте
— Бывает, наступают кризисы, когда ты в шаге от того, чтобы уйти из спорта. У молодежи это время, когда перестают расти результаты. Надо просто понять, что нет в природе пря­моли­ней­ных линий. Ты поднимаешься, потом падаешь, снова растешь. Важно донести до спортсмена, что это нормально. Всегда об­ра­щалась за помощью к Елене Вла­дими­ров­не Климовой, своему тренеру, за разъяснениями, что мы делаем и для чего. Очень много «почему» ад­ре­сова­ла ей. К счастью, тренер объясняла доступно для ребенка.

Когда у меня, уже взрослого спортсмена, наступает апатия, тренер так и говорит мне: «Не делай ничего. Сделай то, что ты хочешь». Может, это будет просто плавание — не на время, или работа в тре­нажер­ном зале. Действует! День или три — потом я в норме.

За полгода до Олимпиады 2016 года в Рио-де-Жанейро всерьез за­думы­валась о за­вер­ше­нии карьеры. Видела по результатам, что не будет медали. А когда решила, что все-таки будет обидно после трех с половиной лет работы махнуть рукой на Олим­пий­ские игры, под­вернул­ся вариант под­го­тов­ки под началом аме­риканс­ко­го спе­ци­алис­та Дэйва Сало. Помощь пришла, как только я поняла, что хочу еще плавать. За одну−две недели под­го­тови­ла визу, купила билеты и улетела на полтора месяца в Калифорнию.

Опыт был интересным. Теперь жалею, что не решилась на такую поездку когда-то давно, когда было ана­логич­ное предложение. Считала, что не потяну методики Сало. «Вы что? Я же сдохну!» — так и говорила. Видите, все равно поехала к Сало, когда уже выбора не осталось. Смена обстановки, новые бытовые условия позволили пе­резаг­ру­зить­ся и подойти к Олимпиаде в хорошей форме. Понимала, что буду бороться, а вокруг столько разговоров, что взять медаль нереально… Поддавливало, хотелось поддержки. Когда на финише фи­наль­но­го заплыва на 50 метров вольным стилем увидела, что что-то за­горе­лось над моей тумбочкой, настало об­легче­ние — бронза. Слава богу, потому что, если вы видели результаты, шесть человек разделяли сотые секунды. Разница между моим ре­зуль­та­том и ре­зуль­та­том по­беди­тель­ни­цы Перниллы Блум всего 0,04 сек., между мной и шестой Раноми Кро­мовид­жоджо — 0,08 сек.

Когда была в Ка­лифор­нии в лагере у Сало, каждая наша тре­ниров­ка за­вер­ша­лась ап­ло­дис­мента­ми тренеров в адрес пловцов. Со стороны спорт­сме­на скажу, что приятно. Тебя как артиста купают в овациях! Хотя ты сделал ровно то, что должен был. Этот прием работает. Тебе хочется прийти на следующую тренировку.

О том, как Ге­раси­меня пережила отс­тра­нение от спорта
— Это один из самых тяжелых периодов в моей спор­тивной карьере. Диск­ва­лифи­кацию (в организме Алек­санд­ры нашли норандростерон. — Прим. TUT. BY) получила в 17 лет. В это время со­бира­лась поступать в университет, была, как мне виделось, на пике. Учитывая, что до Олимпиады 2004 года в Афинах ос­та­валось 1,5 года, а я одной из первых отоб­ра­лась на нее, верила в хороший результат. Не говорю о золоте, но медаль была реальна.

Я осталась у разбитого корыта и думала, как жить дальше. В начале четыре года без воз­можнос­ти со­рев­но­вать­ся казались приговором. Сложно тренироваться, когда не понимаешь, ради чего. Помню, как на со­рев­но­вани­ях в Гомеле проплыла одна по крайней дорожке вне зачета. На трибунах тишина, тренер краснела… Ощущения жуткие. Результат — слабый. У меня было подорвано здоровье.

На этом этапе пришлось начинать все сначала. Близкие, тренеры помогли пережить ситуацию. Меня таскали на все сборы — спасибо федерации. Думаю, впос­ледс­твии моя не­уве­рен­ность на крупных стартах — отголоски того времени. Слишком резко перешла из мо­лодеж­но­го состояния куража в положение, когда должна доказывать.

Дисквалификацию сократили на два года. Поняла окончательно, что остаюсь в спорте. Не видела себя где-то в другом месте. Как это я пойду просто учиться? А как же дело, которое я люблю? Я еще не наелась победами, а только расп­ро­бова­ла их вкус.

Об активной граж­данс­кой позиции Герасимени
— Об­щест­вен­ная де­ятель­ность ска­зыва­ет­ся на работе, тут тренер Елена Вла­дими­ров­на была права, когда выс­ка­зыва­ла опасения насчет моих результатов. Под­го­тов­ка к старту под­ра­зуме­ва­ет полную отдачу и концентрацию. От того, как ты поспал и сумел ли восстановиться, как ты поел и так далее, зависит качество тре­ниро­воч­но­го процесса. Когда после тре­ниров­ки ты бегаешь с одного ме­роп­ри­ятия на другое, вы­маты­ва­ешь­ся сильно.

И все же после Лондона-2012, где завоевала две се­реб­ря­ные медали, считала, что должна посвятить себя служению. Конечно, в первую очередь ты плаваешь ради собс­твен­но­го эгоизма, хочешь реализоваться. Но выступаю я не только для себя, а еще за страну, как бы пафосно это ни звучало! В идеале человек должен за­нимать­ся тем, что он умеет лучше всего, и мой долг — развивать плавание. Чувствую на себе ответственность.

Встречи с детьми на со­рев­но­вани­ях или в школе в разных уголках страны — такая же часть моей работы, как и выступление. Ребята видели меня по телевизору, когда я была на Олимпе, а тут вдруг я с ними. Приятно видеть их горящие глаза! Они ведь тоже могут больше, чем предс­тав­ля­ют себе. Когда после таких встреч мне звонят тренеры и рассказывают, что дети выполнили нормативы на кандидата в мастера спорта или получили разряд, радуюсь. Понимаю, что пусть небольшой, но есть в этом и мой вклад.

Душа болит. Сильно переживаю из-за того, что в бе­лорусс­ком плавании не чувствую давления со стороны молодых спортсменов, которые бы наступали на пятки. Иногда пропадают очень та­лант­ли­вые дети. Штука в том, что, чтобы тренер у нас получал нор­маль­ную зарплату, ему нужно по­казы­вать вместе с по­допеч­ны­ми результат. Отсюда тренеры стараются пораньше вывести по­допеч­ных на пик. Это неправильно. После успехов в юношеском возрасте у кого сердце не вы­дер­жи­ва­ет нагрузок, кто-то ис­пы­тыва­ет пси­холо­гичес­кие проблемы.

Недавно общалась со спе­ци­алис­та­ми из федерации биатлона, у них очень ин­те­рес­ная система отбора и удержания в спорте детей. Подумала: «Блин, как бы это перенести в плавание? Но где нам взять столько средств?» В биатлоне хорошие деньги потрачены на развитие. Они сперва отбирают детей по общим по­каза­телям — школьным нор­ма­тивам типа прыжков, бега, подтягиваний. После этого на места выезжает пе­ред­вижная лаборатория, которая проводит тес­ти­рова­ние на основе анализов. Тех, кто подходит биатлону, точечно поддерживают, вместо того, чтобы увозить в сборную. В каждой области есть тренер, который курирует этих детей. Они имеют экипировку, патроны, что-то еще, а на меж­ду­народ­ных стартах в своем возрасте берут первые места. Все идет налегке для детей, из лучших формируют команды по возрастам. Можно сказать, что эта система уже работает в биатлоне. У них есть резерв.

В моем клубе по плаванию о под­го­тов­ке для про­фес­си­ональ­но­го уровня пока речи не идет. Наша главная задача — оз­до­ров­ле­ние детей, обучение плаванию. Недавно появился проект «Спорт-инклюзия», который реализуем вместе с бла­гот­во­ритель­ной ор­га­низа­ци­ей «Дети. Аутизм. Родители». Хотим набрать группу та­лант­ли­вых детей для профподготовки, в которой будут аутисты. Аутизм — по сути, не болезнь, а особое состояние. Известно, что пловец Майкл Фелпс страдал аутизмом, футболист Лионель Месси имеет отклонение, которое в каком-то смысле дает ему преимущество. Ведь если аутистам нравится то, что они делают, они преуспевают.

Специально для проекта «Спорт-инклюзия» отобраны тренеры, которые пройдут обучение в Италии у наших партнеров с 20-летним опытом. В сентябре 2018 года приступят к работе первые группы. Ведем пе­рего­воры с Инс­ти­тутом физкультуры, надеемся на научное соп­ро­вож­де­ние проекта, а также ищем спонсоров. Проекту очень важна поддержка.

Чтобы вы понимали разницу между инклюзией и интеграцией, поясню. Ин­тегра­ция — это когда аутиста оставляют в группе детей и он должен освоиться. Инклюзия — под­ве­дение ребенка под прис­мотром тьютора к поведению в обществе.

Проект «Золотая рыбка» — детские рес­публи­канс­кие со­рев­но­вания среди любителей плавания — развивается, с каждым годом участ­ни­ков все больше и больше. Это дети и семья — в программе имеются семейные эстафеты. Здорово, что у взрослых по­яв­ля­ет­ся азарт и они стараются в команде с детьми добиться большего. Поддержка семьи крайне важна для спортсменов. Если ее нет, то при­ходит­ся тяжело.

О том, где Ге­раси­меня себя видит после за­вер­ше­ния карьеры
— Нет у нас практики приг­ла­шать спорт­сме­на на роль тренера. Это неправильно. После такого пути в спорте высших дос­ти­жений ты понимаешь все процессы и можешь помочь. Пока я не заявила о за­вер­ше­нии карьеры, поэтому никак подобных пред­ло­жений не поступало. Я их и не жду. Труд тренера очень тяжелый. Не представляю, как они себя мотивируют. Ведь не каждый ребенок хочет результата. Некоторым все по барабану. Будучи человеком ответственным, не смогу с такими работать.

У меня есть свои ин­те­рес­ные проекты, но, может, в будущем помогу бе­лорусс­ко­му плаванию в уп­равле­нии федерацией. Вижу себя в спорте, просто мои подходы, возможно, покажутся нестандартными.

Буду ли участ­во­вать в Олимпиаде 2020 года в Токио? Мечта об олим­пий­ском золоте есть, но для решения на сей счет у меня есть еще два года. Не исключаю такую возможность. А если почувствую, что устала и хочу за­нимать­ся собс­твен­ны­ми задумками, пойти еще поучиться, то скрывать не буду.

Источник: TUT.BY

05.04.2018

---