Вернуться к списку статей

— Недавно узнал, что ты родилась шес­ти­месяч­ным ребенком и тебя долго выхаживали — с риском для твоей молодой жизни.

— Меня до сих пор приг­ла­ша­ют на семинары для молодых мам, которые столк­ну­лись с такой проблемой. Но я, конечно, ничего не помню. Да и иллюстративно не очень подхожу, вон какой конь вырос! Со здоровьем да, проблемы были. И сердце останавливалось, и под кис­ло­род­ным колпаком лежала, но, похоже, кто-то сверху решил: нет, этой девочке надо жить. Щелкнул тумблером, и вуаля — вот я! И, если живу до сих пор, значит, моя миссия на этой планете еще не закончена.

— Николай Козеко сказал, что нынешний сезон тебе, скорее всего, придется пропустить.

— Возможно, это и к лучшему. Хорошо бы травму залечить сейчас, чем иметь с ней проблемы в предолимпийский и олимпийский сезоны. Другое дело, непонятно, какой будет срок реабилитации. Возможно, иголки и капельницы помогут снять воспаление, а может, процесс затянется еще на несколько месяцев. Но мне хочется, чтобы все прошло быстрее и на два зак­лю­читель­ных этапа Кубка мира я все-таки попала.

— Торопиться не надо.

— Я все понимаю, но впереди чемпионат мира, на котором еще не побеждала. Из-за него в основном и переживаю.

— Однако аппетит приходит во время еды.

— А почему я не должна об этом думать? Я нормальная спортсменка, которая всегда и везде хочет бороться только за первое место. Вот выиграю чемпионат мира и тогда, наверное, немного успокоюсь. Но затем будет следующая цель — Олимпиада.

Вообще-то колено болело у меня и в Пхенчхане. Но тогда был драйв, и, наверное, это ни­вели­рова­ло боль. А сейчас она такая, что тре­ниро­вать­ся невозможно. Прыгнула пару раз на воду, и все.

— Это то самое колено, где титановый болт стоит?

— Да, их там даже два. Но это все ерунда, они не мешают. В предолимпийском 2017-м у меня на нем же вырезали мениск, так что привыкла, что с правой ногой вечно какие-то приключения. Думаю, эта тема известна многим спортсменам.

Нагрузки дают о себе знать, и связки со временем здоровее не становятся. Значит, надо их беречь, лечить. Я же понимаю, что для будущих побед (надеюсь) надо пройти весь процесс реабилитации. Хотя знаешь, как хочется прыгать?!

— За сочинскую Олимпиаду бе­лорусс­кие чемпионы получили отличные квартиры.

— Я так понимаю, это была разовая акция, и рассчитывать на ее повторение не стоит. Сейчас размышляю над тем, в каком районе города при­об­рести жилплощадь. Потому что в нашей двухкомнатной, где живу с детства, уже тесновато.

Вообще говорить о подобном в нашей стране не рекомендуется. Недавно дала интервью, где был задан ана­логич­ный вопрос, и началось потом в комментариях… Мол, сводите ее на завод, пусть узнает правду жизни и так далее.

Да знаю я правду жизни. Лучше других. На моих ногах живого места нет, тре­ниру­юсь уже пят­надцать лет — по два раза в день. Это совсем непросто, учитывая, что надо быть лучше всех в мире, чтобы выиграть эти премиальные.

Каждый человек сам выбирает свой путь. Кто-то пошел на завод, кто-то в спорт, кто-то в шахту. Хочешь за­раба­тывать большие «тыщи», как у нас пишут, — иди на трамплин, крути тройные сальто с пируэтами. У мужчин композиции, правда, сложнее, но все равно можно попробовать.

— Ну, это вряд ли.

— Зависть — очень плохое, раз­ру­ша­ющее человека, качество. Я, например, никогда никому не завидовала. У каждого есть мечта, потом она прев­ра­ща­ет­ся в цель. И если ты очень хочешь, то ее добьешься. Зачем жить чужой жизнью, если есть своя?

Источник: TUT.BY

23.11.2018

---